Путин или Непутин?
Какими будут реформы в России, во многом зависит от нашего выбора. Может быть, даже от вашего единственного голоса. Игорь Милорадов свой выбор сделал. Это Путин.
Эта странность особенно заметна в пору больших выборов, когда количество обещаний – по любым поводам, и вымыслов – о прошлом и настоящем – превышает мыслимые пределы.
Сказать честно, давно уже выбираю только на местном уровне, потому что в федеральных списках почему-то всегда отсутствуют партии и кандидаты, которые соответствуют моим представлениям о должном. Идеологи управляемой демократии и строители вертикали власти, говорил я себе, обойдутся и без меня. Сегодня ситуация изменилась: как и многие, я полагаю, что нас ждут большие перемены. И тяжкие политические, социальные и экономические реформы. Не важно, чем обусловлена необходимость этих реформ, тем ли, что в России наконец зародился средний класс, который хочет жить по-человечески и не желает более молчать и мириться с паразитированием вертикали, или тем, что без этих реформ Россия будет неконкурентоспособна и не избавится от нефтяной иглы, или чем-то еще. Важно другое: какими будут эти реформы, во многом зависит от нашего выбора. Может быть, даже от моего единственного голоса. А какой выбор сделает общество – не очевидно.
И потому я сделал свой выбор. Это Путин.
Путин и системная оппозиция
Мой выбор связан вовсе не с тем, что Путин лучше других кандидатов. Просто другие, с моей точки зрения, хуже. И по программам, и по риторике, и по опыту, и по уровню понимания проблем. Не стану ничего говорить о тех, кого Прохоров называет «думскими старцами», и для кого политика давно стала выгодным бизнесом. У них есть свой электорат, но я за них никогда не голосовал и голосовать не намерен.
А вот о самом Прохорове несколько слов скажу для ясности. То, что он очевидный «плейбой и гедонист», как его стали называть после известной истории с Куршевелем, еще полбеды. Беда даже не в том, что у него совсем нет ни политического опыта, ни опыта госуправления. Беда, не Прохорова, а наша, что он – прямое воплощение капитала. А вот что сказал о капитале английский публицист XIX века T.-Дж. Даннинг (цитирую по Википедии): «Капитал избегает шума и брани и отличается боязливой натурой. Это правда, но это еще не вся правда. Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10%, и капитал согласен на всякое применение, при 20% он становится оживленным, при 50% положительно готов сломать себе голову, при 100% он попирает все человеческие законы, при 300% нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы. Если шум и брань приносят прибыль, капитал станет способствовать тому и другому».
Эти слова любил повторять Маркс, и я знаю их со школы, как и то, что эти слова подтверждаются всей историей капитала. И спрашиваю себя: какой процент прибыли принесет капиталу кресло президента России? И понимаю: прямое сращивание власти и капитала – это уже откровенный перебор.
Думаю, что если бы выборы проходили до митинга на Болотной, например, в ноябре, Путин легко бы их выиграл в первом же туре. Сегодня ситуация иная – в стране появилась зримая, не маргинальная, несистемная оппозиция. Если информационная волна, созданная этой новой оппозицией, будет подхвачена «ветром времени», то есть будет поддержана общественными настроениями, которые сейчас только формируются, то волна превратится в цунами и утопит многих. И тогда неизбежен второй тур выборов. Возможность такого поворота событий и предопределяет мой выбор.
Путин и несистемная оппозиция
Далеко не факт, что Путин выиграет второй тур, если он случится, хотя самым вероятным его соперником будет Зюганов, привычный неудачник президентских гонок. Многое зависит от того, как поведет себя новая оппозиция, которая идет на выборы под лозунгами типа «Кто угодно, но не Путин».
Говоря о новой оппозиции, я вовсе не имею в виду всем знакомых Рыжкова, Немцова, Касьянова и других подобных им лиц. Я имею в виду широкую группу людей, представляющих, как предполагается, интересы народившегося среднего класса, тех, кого называют «рассерженными горожанами», а еще недавно звали «офисным и интеллектуальным планктоном». Думаю, что сейчас эти люди и сами еще не знают, как далеко готовы зайти в своей нелюбви к режиму. Может быть, об этом знают инициаторы этого движения, да мне не ведомо, кто эти люди и что они думают. Мне говорят, что это, мол, стихийный продукт интернета, но я-то знаю, что у всех человеческих дел есть отцы, даже если они неизвестны, как были они, к примеру, у всех демократических движений в годы перестройки.
Быть может, они полагают, что хуже, чем есть, быть не может. Я же точно знаю – может! И не хочу видеть Зюганова в Кремле уже сейчас.
P.S. Говорят, что именно средний класс придает социальную устойчивость обществу, поскольку этому классу есть что терять. Это верно. Но с другой стороны, именно средний класс «поставляет» обществу инициаторов и руководителей бунтов и революций. Помнит ли об этом новая оппозиция? Или она готова на все?
